Он вспомнил, кроме этого, другой образ, образ, виденный им недавно в Петергофе, лучезарный образ величественной, гениальной женщины, в руках которой находилась судьбы России и милостивая улыбка которой была, быть может, для него преддверием почестей, славы, кипучей деятельности на пользу дорогого отечества, возвышения к
ступеням трона великой монархини.
Домашние, видя ее ежедневно, как это всегда бывает, не замечали происходившей в ней постепенно перемены, а отец и мать, повторяем, слишком поглощены были придворной жизнью и решавшейся у
ступеней трона судьбою их старшей дочери, чтобы обращать должное внимание на состояние здоровья и духа младшей.
Неточные совпадения
Сатана представлен стоящим на верхней
ступени адского
трона с повелительно простертою вперед рукою и с мутным взором, устремленным в пространство.
Не отвечая ни слова, привидение пятится, не сводя глаз с императрицы, к
трону, всходит на него и на
ступенях, обращая глаза еще раз на императрицу, исчезает. Императрица обращается к Бирону и взволнованным голосом произносит...
Так, государь, отец наш. Мы твои
Усердные, гонимые холопья.
Мы из Москвы, опальные, бежали
К тебе, наш царь, — и за тебя готовы
Главами лечь, да будут наши трупы
На царский
трон ступенями тебе.
Постой, царевич. Наконец
Я слышу речь не мальчика, но мужа.
С тобою, князь, она меня мирит.
Безумный твой порыв я забываю
И вижу вновь Димитрия. Но — слушай:
Пора, пора! проснись, не медли боле;
Веди полки скорее на Москву —
Очисти Кремль, садись на
трон московский,
Тогда за мной шли брачного посла;
Но — слышит бог — пока твоя нога
Не оперлась на тронные
ступени,
Пока тобой не свержен Годунов,
Любви речей не буду слушать я.
В тронной зале, небольшой по размеру, стояли между окон на возвышенности в три
ступени, обтянутые алым сукном,
трон императора, вызолоченный и обитый малиновым бархатом с вышитым на спинке его двухглавым орлом.
Такие были, бывают и всегда будут на всех
ступенях общественной лестницы, начиная с подножия царского
трона до шайки разбойников.
В глубине трехсветной залы шесть
ступеней вели к возвышению
трона, и на каждой
ступени стояло по два бронзовых льва, по одному с каждой стороны.
Федоров не крикнул и, как сноп, бездыханный свалился с высоты
трона, обагрив алою кровью его
ступени.
И Франция упала за тобой
К ногам убийц бездушных и ничтожных.
Никто не смел возвысить голос свой;
Из мрака мыслей гибельных и ложных
Никто не вышел с твердою душой, —
Меж тем как втайне взор Наполеона
Уж зрел
ступени будущего
трона…
Я в этом тоне мог бы продолжать,
Но истина — не в моде, а писать
О том, что было двести раз в газетах,
Смешно, тем боле об таких предметах.